Какой породы были собаки бром исаевича

Собак какой породы завёл Антон Чехов, и назвал их Бромом Исаевичем и Хиной Макаровной?

Игра «Горячо-холодно» (Одноклассники), 3984 уровень какой ответ (см)?

Полав­а

[124K]

4 года назад

Это довольно известный факт о знаменитом русском писателе Чехове. Он был человеком с разнообразными увлечениями: собирал почтовые марки, необычные смешные фамилии, путешествовал, любил животных.

У Антона Павловича были собаки с медицинскими именами: Бром Исаевич и Хина Марковна. Оба пса были таксами. Если выбирать из фото, предложенных в игре, то нужное фото расположено в нижнем ряду:

Какой породы были собаки бром исаевича

автор вопроса выбрал этот ответ лучшим

Redwo­od

[9K]

3 года назад

У русского писателя Антона Павловича Чехова были две собачки, которых звали Бром Исаевич и Хина Марковна, с которыми он проводил много времени, научая их всяким забавным штукам, об этом пишут многие его современники.

Например у Дональда Рейфилда в «Жизни Антона Чехова» читаем:

Какой породы были собаки бром исаевича

Чехов определил Брома как «вежливого и чувствительного», а Хину назвал «неуклюжей, толстой, ленивой и лукавой», а в письме к своему издателю Алексею Суворину Чехов охарактеризовал их так:

Какой породы были собаки бром исаевича

собачки появились и окончили свою жизнь в подмосковной усадьбе Мелихово.

Были они породы — ТАКСА.

Это ответ и на ваш ответ и на вопрос сегодняшней викторины.

В Мелихово есть и памятник этим собачкам, а также ежегодно там проводится фестиваль такс.

секле­та

[170K]

3 года назад

Учитывая, что я являюсь собачницей, мне безусловно интересно, кто из известных людей представителей каких пород любил. Если говорить о литературном поприще, то Дама с собачкой была со шпицем, но истинная любовь Чехова была к другой породе, к таксам. А имена у них были в честь настоящей профессии Чехова, медицины: Бром Исаевич и Хина Макаровна.

Учитывая, что бром имеет успокаивающее действие, странно таким именем одарить холерика — таксу. Но великие не ошибаются, это мы не понимаем иногда их поступков.

Ответ: такса.

Дубло­н

[144K]

3 года назад

Еще со школьной скамьи мы знакомы с творчеством Антона Павловича Чехова и что он был очень разносторонним человеком и что у него были собачки с очень необычными кличками — Бром Исаевич и Хина Макаровна, он просто в них души не чаял и к тому же они были породистыми, название которой — такса.

Честно говоря я не стал лезть в дебри истории и решил дать упрощенный ответ на этот вопрос. Дело в том, что сегодня я был свидетелем одной викторины. Она построена по принципу передачи «Поле Чудес». Там и был правильный ответ: таксы.

Натал­ья100

[207K]

4 года назад

Эту породу собак, которую Антон Павлович чехов приобрел у своего издателя Лейкина после переезда в усадьбу Мелихово, писатель назвал

Какой породы были собаки бром исаевича

Собаки получили вначале чисто фармацевтические клички (ведь мы помним истинную медицинскую профессию Чехова) — Бром и Хина. Но привыкнув и полюбив этих милых вредителей дома хозяин добавил им еще и отчество. Так две таксы получили имена Бром Исаевич и Хина Макаровна.

Какой породы были собаки бром исаевича

Этот вопрос был задан десять месяцев назад, а сегодня он появился в викторине, правда картинок,как в игре, уже не было. Если прочитать биографию Чехова, то там можно встретить упоминание о любимой породе собак у писателя, это Таксы, две его любимые собачки, с такими необычными медицинскими именами, тоже таксы.

Людми­ла 1986

[99.9K]

3 года назад

Этих собак увековечили в бронзе. Их историю знают все кто хоть слегка знаком с биографией Антона Павловича Чехова. Он мечтало породистых собаках и его знакомый отдал ему двух щенков. Она навели такой «порядок» в доме, так всех облаивали, что Чехов дал им отчества.

Ответ — таксы.

Пашен­ька

[158K]

3 года назад

Очень любят задать этот вопрос в викторинах. Наверное, потому, что очень уж любопытные были имена у этих песиков, обязательно привлекают к себе внимание. А собачки были ТАКСАми, соглашусь, что очень интересная порода. Им даже памятник есть.

Какой породы были собаки бром исаевича

Oleg7­4

[195K]

3 года назад

Этот факт знают практически все или многие и поэтому я хочу просто назвать правильный ответ про собак Брома Исаевича и Хину Марковну, которые были породы такса. Отсюда следует, что нам нужен единственный правильный вариант — «такса» — нижний ряд, второе фото слева.

Знаете ответ?

Хорошему человеку бывает стыдно даже перед собакой.» (Антон Чехов)

Существует множество воспоминаний и исследований, кто из великих людей любил каких животных, и как животные становились героями художественных произведений. Антон Павлович Чехов всегда любил собак и не слишком жаловал котов.

Многим ценителям творчества Антона Павловича Чехова известно, что он очень любил такс, даже его знаменитая «Каштанка» — это «помесь таксы с дворняжкой», и Чехов весьма сурово отчитывал иллюстратора, который нарисовал Каштанку «бульдогом вместо таксы»

Собаки с разными характерами и судьбами неоднократно появлялись в произведениях Чехова от «Каштанки» (помесь таксы и дворняжки) и «Дамы с собачкой» (шпиц) до «Вишнёвого сада.» Собака также стала причиной скандала в рассказе «Хамелеон.» Существует даже литературное исследование творчества Чехова, в котором аккуратнейшим образом подсчитано, что на каждую тысячу слов в произведениях классика глагол «лаять» встречается семь раз, глагол «кусаться» — пять раз, глагол «тявкать» — три раза, и так любимое народом словосочетание «сукин сын» — всего один раз.

В марте 1892 года Антон Павлович с семьею переехали жить в усадьбу Мелихово.

Там Антон Чехов завел своих собственных такс — черненького Брома Исаевича и рыжую Хину Марковну (бром и хина — это едва ли не самые популярные лекарства того времени). У его брата Михаила также была такса по кличке Йод. Дочку Хины и Брома звали Селитрой. Антон Палыч часами разговаривал со своими таксами, писал им письма из заграницы, передавал приветы, раздаривал всем знакомым щенков. Жили Бром и Хина в в Мелиховской усадьбе.

Конечно же, таксы сразу перевернули всю усадьбу, разрыли горшки и все перепачкали: «Вчера, наконец, прибыли таксы, добрейший Николай Александрович. Едучи со станции, они сильно озябли, проголодались и истомились, и радость их по прибытии была необычайна. Они бегали по всем комнатам, ласкались, лаяли на прислугу. Их покормили, и после этого они стали чувствовать себя совсем как дома.

Ночью они выгребли из цветочных ящиков землю с посеянными семенами и разнесли из передней калоши по всем комнатам, а утром когда я прогуливал их по саду, привели в ужас наших собак-дворян, которые отродясь не видали таких уродов.

Самка симпатичнее кобеля. У кобеля не только задние ноги, но и морда, и зад подгуляли. Но у обоих глаза добрые и признательные. Чем и как часто кормили Вы их? Как приучить их отдавать долг природе не в комнатах? И т.д. Таксы очень понравились и составляют злобу дня. Большое Вам спасибо», — писал А.П.Чехов Лейкину.

Лейкин — это хозяин родителей чеховских такс, Апеля и Рогульки — ему Антон Павлович регулярно докладывает о жизни любимцев: «Таксы Бром и Хина здравствуют. Первый ловок и гибок, вторая неуклюжа, толста, ленива и лукава. Первый любит птиц, вторая тычет нос в землю. Оба любят плакать от избытка чувств. Понимают, за что их наказывают. У Брома часто бывает рвота. Влюблен он в дворняжку. Хина все еще невинная девушка. Любит гулять по полю и лесу, но не иначе, как с нами. Драть их приходится почти каждый день; хватают больных за штаны, ссорятся, когда едят, и т.п. Спят у меня в комнате».

А вот воспоминания Михаила Чехова:

«Бром и Хина были таксы, черненький и рыженькая, причем у Хины были такие коротенькие, все в сборах ножки, что брюхо у нее чуть не волочилось по земле. Каждый вечер Хина подходила к Антону Павловичу, клала ему на колени передние лапки и жалостливо и преданно смотрела ему в глаза. Он изменял выражение лица и разбитым, старческим голосом говорил:

— Хина Марковна!.. Страдалица!.. Вам ба лечь в больницу!.. Вам ба там ба полегчало ба-б.

Целые полчаса он проводил с этой собакой в разговорах, от которых все домашние помирали со смеху.

Затем наступала очередь Брома. Он так же ставил передние лапки Антону Павловичу на коленку, и опять начиналась потеха.

— Бром Исаевич! — обращался к нему Чехов голосом, полным тревоги. — Как же это можно? У отца архимандрита разболелся живот, и он пошел за кустик, а мальчишки вдруг подкрались и пустили в него из шпринцовки струю воды!.. Как же вы это допустили?

И Бром начинал злобно ворчать».

Таксы прожили всю жизнь в Мелихове, но с Чеховыми только пять лет: по неизвестной причине их не взяли в новый дом в Ялте, оставив вместе с имением новому хозяину. Эту разлуку собаки не вынесли и обе погибли в течение следующего года: вежливый Бром одичал и заболел бешенством, а ласковая Хина пострадала в драке.

Но сегодня, как и прежде, две бронзовые таксы — верные Бром и Хина — ждут своего хозяина на лужайке в Мелихове, стерегут фуражку с яблоком, заглядывают умильно в глаза посетителей. Ну, и конечно, приносят им счастье. Главное — носы потереть:

22 декабря 2012 года в подмосковном музее-заповеднике «Мелихово» установили памятник таксам Чехова.

Автор памятника – член-корреспондент Российской академии художеств, заслуженный художник РФ Александр Рожников. Скульптуру он создал от большой любви к великому писателю и совершенно безвозмездно, а средства на бронзу и камень собирали всем миром.

Миссисипи Иосифа Бродского, Булька Владимира Маяковского, Бокс Второй Владимира Набокова и другие питомцы русских писателей и поэтов из двух непримиримых лагерей — кошатников и собачников.

Кошатники

Надежда Тэффи

Надежда Тэффи. Фотография: fotomastak.ru

Надежда Тэффи. Фотография: chelib.ru

Надежда Тэффи. Фотография: predanie.ru

Тэффи, написавшая целую кошачью книгу про Тигрокота и Белолапку, была большой любительницей кошек. Более того, она не могла простить другим людям равнодушное к ним отношение: «Для меня человек, не любящий кошек, всегда подозрителен, с изъяном, наверное. Неполноценный. Люди для меня делятся на тех, кто любит кошек и кто их не любит. Человек, не любящий кошек, никогда не станет моим другом. И наоборот, если он кошек любит, я ему много за это прощаю и закрываю глаза на его недостатки».

Надежда Тэффи была настолько привязана к своим домашним питомцам, что, когда по случаю 300-летия дома Романовых ее пригласили в императорский дворец, писательница приехала туда в сопровождении пяти кошек. Видимо, сказался прошлый опыт путешествий без них: «Мне было бы не так грустно и скучно в этом противном Биаррице, если бы у меня была кошка. С кошкой мне было бы легче». Поэтому, когда Тэффи эмигрировала и обосновалась в Париже, она, несмотря на крошечную квартирку и стесненные средства, все-таки разделила дом с котом.

Иосиф Бродский

Иосиф Бродский и неизвестный кот. Фотография: medialeaks.ru

Иосиф Бродский и кот Миссисипи. Фотография: pinme.ru

Иосиф Бродский и кот Миссисипи. Фотография: interesnoznat.com

Для Иосифа Бродского коты были буквально тотемными животными — он любил рисовать их, использовать кошачьи словечки в речи и даже признавался в своей мечте стать котом.

Коты стали и героями его поэзии. Одному из них, котенку Пасу, Бродский посвятил целую оду:

О синеглазый, славный Пасик!

Побудь со мной, побудь хоть часик.

Смятенный дух с его ворчаньем

Смири своим святым урчаньем.

Позволь тебя погладить, то есть

Воспеть тем самым, шерсть и доблесть.

Весь, так сказать, триумф природы,

О честь и цвет твоей породы!

Конечно, коты жили и у поэта дома. В Ленинграде — Кошка в белых сапожках, уже в эмиграции — Большой Рыжий. Самым известным котом Бродского стал Миссисипи, который появился у него в Нью-Йорке. Миссисипи был предметом гордости Бродского, и особо значимым гостям поэт предлагал в знак уважения его разбудить. Миссисипи сопровождал Бродского в поездках за город, где увлеченно носился за белками. Когда поэт умер, Миссисипи очень тосковал по нему и еще долгое время продолжал одиноко спать в его кресле.

Марина Цветаева

Марина Цветаева. Фотография: dommuseum.ru

Марина Цветаева, кот и София Парнок. Фотография: russianpoetry.ru

Марина Цветаева. Фотография: dommuseum.ru

Первым котом Марины Цветаевой был черный Васька, о котором она вспоминала в дневнике: «Мы вновь и вновь обегаем дом, взлетаем на антресоли, по нашей лестнице — когда-то мы увидим ее? Черный Васька, взъерошенный от объятий, тоже, как и мы, в дорожной лихорадке. Весь багаж обнюхан им поштучно. Кот напутствует вещи в иные края и дома».

Когда Цветаева вышла замуж за Сергея Эфрона, у них жили сначала Кусака, а потом Атос: «Серый пушистый дымчатый зеленоглазый кот развалился на моем письменном столе. Огромный кот возлежит на спине, чуть извернувшись, лапы — кверху, наслаждаясь сном, как только кошки умеют. Отрешенно. Самозабвенно». Одному из любимых котов, который прожил в доме Цветаевой всего три дня, а потом ушел и не вернулся, она посвятила стихотворение:

Свернись в оранжевый клубок

Мурлыкающим телом,

Спи, мой кошачий голубок,

Мой рыжий с белым!

Ты пахнешь шерстью и зимой,

Ты — вся моя утеха.

Переливающийся мой

Комочек меха.

Владислав Ходасевич

Владислав Ходасевич. Фотография: coollib.com

Владислав Ходасевич. Фотография: coollib.com

Владислав Ходасевич и кот Наль. 1931. Фотография: coollib.com

По воспоминаниям Владислава Ходасевича, его первыми словами были «Кыс, кыс». Так началась любовь к кошкам, которая, как писал поэт, «проходит через всю мою жизнь и меня радует, что с их стороны пользуюсь я взаимностью. Мне нравится заводить с ними летучие уличные знакомства и, признаюсь, моему самолюбию льстит, когда бродячий и одичалый кот по моему зову подходит ко мне, жмется к ногам, мурлычет и идет за мной следом».

Главным котом в жизни Ходасевича был черный Мурр: «Мурр являлся ко мне в любой час дня или ночи и до тех пор кричал (несколько в нос) «Сыграем! Сыграем!» — покуда я не соглашался сыграть с ним в прятки. Он носился по комнатам, прячась за мебель и за портьеры и заставляя меня его отыскивать, — и готов был длить забаву до бесконечности, хотя у меня уже ноги подкашивались от утомления. Зато и нет ничего более трогательного, чем кошачья дружба. Она проявляется в особенности тогда, когда плохи ваши обстоятельства или тяжело у вас на душе. Положительно могу утверждать, что стоило мне быть расстроенным — кот, до этой минуты не обращавший на меня внимания, тотчас приходил ласкаться. Это кошачье участие всегда исполняет меня глубокого умиления».

Когда Мурр умер, Ходасевич посвятил ему стихи:

В забавах был так мудр и в мудрости забавен —

Друг утешительный и вдохновитель мой!

Теперь он в тех садах, за огненной рекой,

Где с воробьем Катулл и с ласточкой Державин.

О, хороши сады за огненной рекой,

Где черни подлой нет, где в благодатной лени

Вкушают вечности заслуженный покой

Поэтов и зверей возлюбленные тени!

Когда ж и я туда? Ускорить не хочу

Мой срок, положенный земному лихолетью,

Но к тем, кто выловлен таинственною сетью,

Все чаще я мечтой приверженной лечу.

И верится тогда: под элизейской сетью

Дерев невянущих – мы встретимся опять,

Два друга любящих, две тени, чтобы третью,

Равно нам милую, любовно поджидать.

Новые коты впоследствии так и не смогли заменить Ходасевичу любимого Мурра.

Собачники

Антон Чехов

Антон Чехов на прогулке в Ялте с собаками Тузиком и Каштаном. Фотография: my-chekhov.ru

Антон Чехов. Фотография: all-biography.ru

Антон Чехов в Мелихове с таксой Хиной. 1897. Фотография: littlefeet.ru

Антон Чехов был большим поклонником такс. У него жили сразу две — черный Бром Исаевич и рыжая Хина Марковна. Имена для своих питомцев Чехов выбрал как настоящий врач: бром и хина были самыми популярными в его время лекарствами. В письмах Николаю Лейкину, хозяину родителей его такс, Чехов подробно описывал жизнь своих любимцев: «Таксы Бром и Хина здравствуют. Первый ловок и гибок, вторая неуклюжа, толста, ленива и лукава. Первый любит птиц, вторая тычет нос в землю. Оба любят плакать от избытка чувств. Понимают, за что их наказывают. У Брома часто бывает рвота. Влюблен он в дворняжку. Хина все еще невинная девушка. Любит гулять по полю и лесу, но не иначе как с нами. Драть их приходится почти каждый день; хватают больных за штаны, ссорятся, когда едят, и т. п. Спят у меня в комнате».

Владимир Набоков

Владимир Набоков. Фотография: be-in.ru

Владимир Набоков. Фотография: be-in.ru

Владимир Набоков. Фотография: be-in.ru

Еще одним любителем такс был Владимир Набоков. Сначала таксы жили в его родительском доме, позже писатель завел собственных: «В раннем детстве я еще застал на садовом угреве двух тучных старичков, Лулу и Бокса Первого. Спал Бокс-первый всегда на расшитой подушке в углу козетки. Седоватая морда с таксичьей бородавкой, выдающей породу, заткнута под бедро, и время от времени его еще крутенькую грудную клетку раздувал глубокий вздох. Он так стар, что устлан изнутри сновидениями о запахах прошлого. Около 1904 года отец привез с Мюнхенской выставки щенка, из которого вырос сварливый, но удивительно красивый Трейни (я назвал его так, потому что длиной и коричневостью он походил на спальный вагон). Одна из музыкальных нот моего детства — это истеричное тявканье Трейни, преследующего зайца, которого ему никогда не удавалось загнать, по дебрям нашего вырского парка, откуда он возвращался в сумерках (моя встревоженная мать долго, высвистывая его, в дубовой аллее) с давно уже дохлым кротом в зубах и с репьями в ушах …Затем кто-то подарил нам другого щенка, Бокса Второго, внука Хины и Брома, принадлежавших доктору Антону Чехову. Этот окончательный таксик последовал за нами в изгнание, и еще в 1930-ом году в пригороде Праги (где моя овдовевшая мать жила на крохотную пенсию чешского правительства), можно было видеть неохотно ковыляющего далеко позади своей хозяйки этого пса, раздражительного, страшно старого, гневающегося на чешский длинный проволочный намордник — эмигрантскую собаку в заплатанном, плохо сидящем пальтеце».

Как впоследствии говорил Набоков, его такса Бокс Второй была единственным, что связывало писателя с русской литературой.

Владимир Маяковский

Владимир Маяковский и Булька. Фотография: seeandgo.ru

Лиля Брик и Щен. Фотография: gorets-media.ru

Владимир Маяковский и Скотик. Фотография: lbk.ru

Владимир Маяковский нисколько не кокетничал в стихотворении «Я люблю зверье»: к собакам он действительно относился со всей нежностью. Его первым питомцем была Щеня — помесь дворняги с сеттером.

Как вспоминала Лиля Брик: «Они были очень похожи друг на друга. Оба — большелапые, большеголовые. Оба носились, задрав хвост. Оба скулили жалобно, когда просили о чем-нибудь, и не отставали до тех пор, пока не добьются своего. Иногда лаяли на первого встречного просто так, для красного словца. Мы стали звать Владимира Владимировича Щеном. Стало два Щена — Щен большой и Щен маленький».

Потом у него появился и французский бульдог Булька, которого он привез из Парижа в подарок Лиле Брик. Но Маяковский сам так привязался к этой собаке, что она сопровождала его везде и всюду. Булька была с Маяковским и в его последний день жизни.

Александр Куприн

Александр Куприн и Сапсан. Фотография: elitsy.ru

Александр Куприн и Сапсан. Фотография: podmoskovnye.ru

Александр Куприн, его дочь Киса и Сапсан. Фотография: unria.ru

Среди питомцев Александра Куприна была даже обезьянка Марья Ивановна. Но любимцами писателя были собаки. Когда он жил в Гатчине, в его усадьбе обитало сразу восемь сенбернаров (первых двух щенков Куприну подарил Леонид Андреев). Особым псом в жизни Куприна стал «необычайной красоты и силы пес красно-песочной масти, весом свыше шести пудов», охотничий меделян по кличке Сапсан.

Однажды он спас маленькую дочь писателя Ксению от бешеной собаки, и Куприн отблагодарил своего пса вечной жизнью в литературе — написал рассказ «Сапсан» от лица самого пса: «Посредине улицы мчалась собака, черная, в белых пятнах, с опущенной головой, с висящим хвостом, вся в пыли и пене. Нянька убежала визжа. Маленькая села на землю и заплакала. Собака неслась прямо на нее. От ужаса вся шерсть на мне вздыбилась, но я превозмог себя и загородил телом Маленькую. Это уже было не единоборство, а смерть одному из нас. Я сжался, выждал краткий, точный миг и одним скачком опрокинул пеструю на землю. Потом поднял за шиворот на воздух и встряхнул. Она легла на землю без движения, плоская и теперь совсем нестрашная. Но Маленькая очень перепугалась. Я привел ее домой. Всю дорогу она держала меня за ухо и прижималась ко мне, и я чувствовал, как дрожало ее маленькое тельце. Не бойся, моя Маленькая. Когда я с тобой, то ни один зверь, ни один человек на свете не посмеет тебя обидеть».

Автор: Лидия Утёмова

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: